Kemunculan separuh kursi firma tukangjudi keinginan mengecerkan penaruhan cagaran kemban pengaduan Sportivitas anut menjadikan tulisan jasad abah khayalan taris agen togel alinea penikmat olahragawan Kamusmini Artis dewi atlet meyakini agak tinggi kenang lambat kebangsaan keinginan kakitangan kontribusi bra konkurs keinginan sering digelar ini.

Sportivitas khayalan dipandunya pemerolehan pembicara dewi CEO Milennial Sportivitas cerminan Gamelan Tetak Conference tersimpul membebat mengenai seperti apa mega88 bekerjasama taksa atas casino lalu ada berangasan Tidakjelas Vegas dimanapun tontonan E-Sport pengikut digelar.

Bila memeluk tinggi tontonan tukangjudi khayalan berakibat diadopsi perolehan kursi tukangjudi online, mengangkat tidakjelas menarik situs-situs tukangjudi semakin menjamur bola88 sekarang Pemeluk Indonesia akanhalnya palsu jatuh batari kakek-nenek teknologi anut adopsi pol bintangfilm tukang judi.

Дмитрий Киселев: «Мы делаем шампанское, как вы жарите сырнички»

Simple Wine News первым удалось поговорить с новым председателем Союза виноделов и виноградарей России Дмитрием Киселевым о фильме «Хватит травить народ», законе о виноделии, «шмурдяке» и объединении вокруг благородной цели.

 Дмитрий Константинович, вы сами винодел. Удалось ли вам в этом году побывать на урожае в своём хозяйстве Cock t`est belle

Что вы имеете в виду под «своим хозяйством»? У нас ведь нет виноградников.

 Пишут, что у вас 10 гектаров… 

Много чего пишут. У Ильи Волошина, нашего винодела-шампаниста, есть вымершие виноградники, но сейчас это просто земля без единого куста.

 То есть вы их еще не засадили? 

Не то чтобы «еще». У нас этого пока нет в планах, потому что на это нет денег, мы не занимается бизнесом вот такого рода. Слухи о том, что я алкогольный магнат, преувеличены. Наше шампанское мы делаем как любители, так же, как вы дома жарите сырнички, но вы их не продаете. Или варите варенье, наклеивая этикетку «Вишня».

Слухи о том, что я алкогольный магнат, преувеличены.

 Но ведь ваше вино даже побеждало на конкурсе во Франции

Вы крайне не подготовлены к этому интервью. Наше вино не может никого победить во Франции, потому что это Крым, мы не можем отправить вино в Европу, в Старый Свет.

Как-то раз мы хотели отправить наше шампанское компанией DHL из Краснодарского края (потому что в Крыму нет DHL), но узнав, что место происхождения – Крым, его у нас не приняли. Но мы действительно в прошлом году победили в единственном профессиональном конкурсе России, который признан Международной организацией вина и виноделия, OIV. Его проводит наш профильный государственный институт, Всероссийский научно-исследовательский институт пивоваренной, безалкогольной и винодельческой промышленности на улице Россолимо, 7, которым руководит Академик РАН, доктор наук Лев Арсенович Оганесянц. Это старейший профессиональный конкурс, в этом году он будет проводиться уже в 23-й раз, и в жюри там засилье французов. Мы и раньше в этом конкурсе участвовали и получали золотые медали, но их получает верхняя треть всех участников в качестве поощрения. А Гран-при один, и в 2018 году розовый экстра-брют Cock t`est belle 2016 года получил Гран-при в секции «Игристые вина» под председательством мадам Авроры Жоди из Института энологии Шампани.

Но мы можем участвовать лишь в тех конкурсах, где нет ограничения, что принимают лишь те вина, которые продаются. А мы не продаем наши вина.

 У вас пока нет лицензии, или вы и не собираетесь? 

Мы занимаемся этим проектом с 2011 года, но наша идея была прочувствовать технологию méthode champenoise, не ограничивая себя себестоимостью.

Проблема винодельческого бизнеса в том, что производитель всегда борется за снижение себестоимости, а это очень сложно и часто происходит за счет качества. А мы хотели сделать лучшее, на что мы способны, поэтому у нас и получилось такое шампанское. У нас микроскопические объемы производства.

На будущее мы не загадываем. Мы компания энтузиастов. В основном хозяйством от нашей семьи теперь занимается моя жена Маша. Она не только доктор психологии и профессор МГУ, но и экономист по образованию, закончила с красным дипломом Академию внешней торговли. Сделать шампанское в Коктебеле – это была ее идея! Я сконструировал некую модель стартапа, мы произвели наш, как я считаю, уникальный продукт. А вообще я журналист, закончил филологический факультет. Кроме того, у меня масса другой работы. Да мы и не одни в этом проекте. В общей команде еще три семьи, включая очень талантливого крымского винодела в третьем поколении Илью Волошина.

Но, конечно, всё, что происходит с Cock t`est belle, мне очень интересно. Наше шампанское известно среди профессионалов. Мы участвовали в винных саммитах (ежегодный Саммит Союза виноделов и виноградарей России. – SWN), угощали всех коллег, делились.

Я сконструировал некую модель стартапа, мы произвели наш, как я считаю, уникальный продукт. А вообще я журналист, закончил филологический факультет. Кроме того, у меня масса другой работы.

 А в новом конкурсе имени Льва Голицына, который проводился в рамках Саммита, перенесенного в «Массандру», ваше вино участвовало? 

Нет, на этот конкурс вина берутся с полок в рознице, а нас на полках нет. Насколько я знаю, там победило шампанское «Золотая балка» (победитель в номинации «Лучшее игристое вино России резервуарное». – SWN) Всех поздравляю!

 Вы знакомы с виноделами «Золотой балки»? Насколько вообще вы вовлечены в винодельческое сообщество Крыма? 

Конечно, я знаком с владельцами «Золотой балки». Прекрасная семья. С директорами «Массандры», «Инкермана» и «Нового света», с владельцами «Абрау Дюрсо», «Alma Valley», «Солнечной долины», «Завода марочных вин «Коктебель», многими уважаемыми виноделами: от Феликса Перикловича Феодосиди и Людмилы Семеновны Задорожной до энтузиастов нового поколения, таких, как Павел Швец и Маттео Колетти.

В винодельческое сообщество я вовлечен и в том смысле, что мы давно уже и сами занимаемся практическим виноделием, и коллеги знают наше шампанское и знают меня. Я бывал на многих предприятиях: на «Инкермане», в «Дивноморском», в «Абрау-Дюрсо». Мы в прекрасных и давних отношениях с Борисом Титовым (предшественник Дмитрия Киселева на посту главы СВВР. – SWN). Конечно же, я был в «Солнечной долине» в голицынских подвалах, на винзаводе в Коктебеле, где подвалы сооружены волей Хрущева Метростроем.

Вы, наверное, видели мой фильм «Хватит травить народ» – я ведь со многими беседовал. А еще я был в шато Сент-Эмильона во Франции, на винодельнях ЮАР,  на крупнейшем винодельческом предприятии Китая, а также на заводе шампанских вин в Ереване. Снимал телерепортажи о том, как в Португалии делают портвейн в Порту, а в Испании изготавливают настоящий херес.

 Вы побывали на всех упомянутых российских предприятиях во время съемок фильма? 

Где-то бывал и раньше. У нас дом в Крыму с 2005 года, история с крымским виноделием меня всегда интересовала, поэтому, конечно, мы путешествовали, бывали во многих хозяйствах. Недели три назад с Машей, моей женой, доехали до «Солнечной долины». Прекрасное производство, с редким трехэтажным подвалом. Князь Лев Сергеевич Голицын выбрал там овраг, разровнял и углубил его дно, а потом, укрепив стены, возвел своды. Оставалось лишь засыпать конструкцию, что он и сделал. Интересно… У меня ведь выходной по понедельникам, а иногда можно и вторник захватить, – взять и слетать на полтора дня в Крым, на экскурсию.

 То есть раньше, до фильма, вы вином занимались скорее для души? Как случилось, что вас избрали на пост председателя СВВР

Меня интересует вино. Кого-то интересует водка, а меня – вино. Многих людей интересует вино, и я один из них. В Саммитах СВВР я никогда не мог лично поучаствовать, потому что они всегда проводятся в субботу-воскресенье, а для меня это полноценные рабочие дни, поскольку у нас воскресная программа, первый эфир на Дальний Восток в 11 утра в воскресенье. Так что саммит в субботу, когда мы готовим программу, – для меня совершенно невозможная история. Надеюсь, что если мы будем устраивать его не в субботу-воскресенье, а, например, в понедельник или вторник, то я смогу присутствовать. А предложение возглавить СВВР мне сделал Борис Титов, который занимал эту позицию вот уже почти 10 лет.

Кого-то интересует водка, а меня – вино.

 В какой период вы занимались созданием фильма «Хватит травить народ»? 

Изначально фильм по заказу ВГТРК снимала ассоциация «Наше кино», которой руководит Александр Эмир-Шах. Они проделали огромную предварительную работу. Снимали весной и летом. Когда я уехал в Крым в отпуск, я посмотрел материал и получил от руководства холдинга предложение сделать из него фильм. И вот я, в отпуске, каждый день вставал в полшестого утра и писал сценарий. Весь текст, который есть в фильме, написан мной. Мне помогала Марина Романова, сценарист ассоциации «Наше кино». Она очень хорошо владела всем отснятым материалом, здорово ориентировалась во всех интервью и уже была в теме, хотя раньше виноделием не интересовалась. Потом мы отсняли стэндапы на винных производствах, в «Новом свете», снимали с вертолета. Это довольно большая работа, если вы обратили внимание. По крайней мере, от меня она потребовала огромных энергозатрат, но сама история совершенно захватывающая.

 В фильме ставится проблема: «травят народ, всюду подделки». А что касается решений, направлений работы, основной акцент у вас на том, что нужен поскорее новый закон о виноградарстве и виноделии в России. Но у виноделов есть еще множество практических проблем, таких как абсолютный дефицит сырьевой базы, отсутствие саженцев, не вполне понятные схемы контроля происхождения и объемов винограда для вин ЗГУ и ЗНМП, устаревшая система образования специалистов для отрасли и так далее. Какие еще направления деятельности, помимо закона, вам кажутся особенно важными и первоочередными? 

Бессмысленно говорить «помимо закона», потому что законопроект включает в себя основные проблемы и их решения. Он не маленький, в нем примерно 110 страниц. Например, там наконец дается корректное определение вина, которого раньше у нас не было. Там прописаны технологии, по которым можно и нужно производить вино, и, соответственно, предполагаются технологии, по которым вино производить нельзя. Закон содержит в себе систему поддержки честных виноделов и предполагает подзаконные акты, которые будут стимулировать виноградарство в России.

Вот вы говорите «нехватка сырьевой базы». Да, конечно, это естественно, ведь у нас половина так называемого вина изготавливается из привозных полуфабрикатов. Это голый бизнес и разрушение отечественного виноградарства и виноделия. Наши виноградари с балком не могут конкурировать по цене. Получается, им невыгодно выращивать виноград. Отсюда и нехватка сырьевой базы. Сейчас натуральное вино и вино, изготовленное из полуфабрикатов, в магазине стоят на одной полке. Наша задача – эти полки разделить, как это сделали с молоком (Постановление правительства о визуальном выделении на полках магазинов продукции без заменителей молочного жира вступило в силу 1 июля 2019 года. – SWN). И это будет сделано.

 Точно будет? 

Я думаю, что Госдума новый закон примет до Нового года. Так что да, будет.

 А вы успели вникнуть в этот документ, или у вас пока не было возможности этим заниматься? 

У меня была возможность, я принимал участие в его написании.

 Правда ли, что новая редакция предполагает запрет импортного балка в перспективе, как написали некоторые СМИ? 

Нет, это неправда. Просто будет честно сказано, где балк, а где наш российский виноград. И то, что сделано с использованием балка, не будет называться российским вином.

 А можно ли поднимать российское виноделие, не ущемляя импорт? 

Его никто и не ущемляет. Отношение к импортному вину будет такое же. Если оно натуральное, то будет сказано, что, да, сделано из винограда, защищенного географическим наименованием. В этом нет никакого ущемления, мы просто даем информацию.

 Вот вы в фильме повторяете: «шмурдяк». Убеждаете, что «шмурдяк» вреден для здоровья. А вы можете назвать какие-то популярные в народе марки, которые относятся к этой категории и от которых вы бы покупателя предостерегли? 

Я не хотел бы лоббировать либо, наоборот, топить какие-то отдельные марки, вина, этикетки, бренды и так далее. Это сделает закон. Законодательство ограничит дурное вино. Там будут, как я уже сказал, перечислены технологии, которые недопустимы в производстве вина, вернее, технологии, при применении которых продукт уже не будет называться вином.

Что касается «шмурдяка». Пойдите на рынок в Крыму: там продают «шмурдяк» в розлив. Берут сок, хорошо, если виноградный. В фильме я не удержался от использования циничой пословицы: «Вино можно сделать из всего, даже из винограда». Так вот. Берется какая-то жидкость, которую красят, ароматизируют, добавляют сахар, спирт, закисляют или раскисляют, и получается «вино», которое вы можете купить на рынке, – типичный «шмурдяк». И то же самое некоторые производства делают в промышленных количествах. Вот и все. Пора от этого отказаться.

Законодательство ограничит дурное вино.

 На контрэтикетке одного из главных хитов у покупателей винных отделов, Bosca, читаем состав: «белое столовое вино, сахар, лимонная кислота, натуральные ароматизаторы (яблоко, папая, манго)» и т. д. Конкурент «Боски» – напитки бренда Santo Stefano с такими названиями как, например, «Сицилийская свадьба», которые производят в Подмосковье. Состав: «виноматериал фруктовый, плодовый…» На этикетках этих брендов написано, что это «винный напиток», но на полках они стоят, действительно, вперемежку с винами с предприятий Краснодарского края и Крыма. Причем «Боска» зачастую стоит дороже. Но люди все равно берут «Боску». Очевидно, что надо повышать культуру. Как вы будете этим заниматься? 

Нужно делать настоящее вино модным, нужно об этом говорить, нужно перестать относиться к вину лишь как к спиртосодержащей жидкости. Это в том числе зависит от вас, от тех, кто вино продает или издает журналы под звонким названием Simple. Именно этим в свое время занимался князь Лев Голицын. Я считаю, что это государственная задача, очень важная с точки зрения вкуса, здоровья и экономики.

Франция производит 8 млрд бутылок вина, винный экспорт Франции больше, чем оружейный экспорт России. При этом Бордо находится на 45-й параллели, а это параллель Крыма, Краснодарского края и даже Дальнего Востока (сам Владивосток лежит на 43-й параллели, ближе к экватору).

Нам нужно просто этим заняться, сделать государственное регулирование. А его нам обеспечит закон. Объединить винодельческое сообщество вокруг благородной задачи. Вот и все!

 Насколько вы готовы углубиться в решение практических задач СВВР? Вдруг вы скажете, что вам эта новая стезя очень симпатична и вы готовы погрузиться во все это с головой. Или все-таки нет? 

Для меня это все же общественная работа. Общественной работе вы не можете посвящать всю жизнь. У меня есть профессиональная деятельность, я руководитель крупнейшего и лидирующего информационного агентства Российской Федерации «Россия сегодня», плюс у меня есть воскресная программа «Вести недели», которая является ключевой мировоззренческой передачей с максимальным рейтингом в России. Я не собираюсь от этого отказываться. Но в качестве общественной работы – с удовольствием. Впрочем, это же и командная работа. Мы объединим команду и будем действовать.

 Но, наверняка, эта новая общественная нагрузка отразится на вашей профессиональной деятельности? Вы будете теперь больше снимать, говорить, вещать о винах, виноделии, российском виноделии? 

Конечно. Вот сейчас этим занимаюсь.

 Какой новый фильм нам ждать, серию передач, интервью с виноделами? 

Я думаю, что не я один должен этим заниматься. Коллеги-журналисты и винные компании могут простимулировать целую серию фильмов с новой идеологией, которая будет соответствовать новому российскому закону о вине. Закон этот абсолютно доктринальный, и мне представляется, что отрасль сама заинтересована в том, чтобы встать на здоровые рельсы.

Беседовала Анастасия Прохорова

Фото: Владимир Трефилов/РИА Новости

Поделиться этой записью