Саммит. Послевкусие

5-й Всероссийский саммит виноделов в Абрау-Дюрсо — событие значимое, подводящее итоги миновавшего винного сезона и открывающее перспективы нового. В этом году он был достаточно закрытым, предназначенным только для профессионалов рынка и, разумеется, виноделов. Зато качество мероприятия выросло еще на одну ступень.

01 Х

орошо помню первый саммит в 2011 году — тогда он назывался открытым заседанием Союза виноградарей и виноделов России (СВВР), которое гостеприимно принял у себя в Абрау-Дюрсо председатель совета СВВР Борис Титов. Состав участников по нашим временам кажется скромным: на ужине тогда все поместились в ресторане Terassa di Lago. В этом году даже на обеде он был битком забит одними журналистами и членами жюри. Визуально количество участников возросло в 10, а то и в 20 раз. То же самое касается и виноделен, причем рост произошел не только количественный, но и качественный. На выставке, сопровождавшей Саммит, стали очевидны изменение расклада сил, увядание прежних героев и приход новых. А кроме выставки было и традиционное открытое собрание СВВР, и торжественное открытие Аллеи Славы российских виноградарей и виноделов на площади Александра II перед историческим зданием Абрау-Дюрсо, и Дегустационный конкурс «Кубок СВВР – 2015». Закончили, кстати, открытием огромного музыкального фонтана на озере Абрау.

Состав жюри был в этом году максимально представительным, результаты преподнесли сюрпризы, о которых мы напишем в самое ближайшее время. Достаточно того, что российские и ведущие мировые образцы (это пожелание организаторов вызывает до сих пор некоторые споры в соцсетях) дегустировали Тим Аткин, Сара Эбботт, Роберт Джозеф, Дарелл Джозеф, Хосе Пенин и Анатолий Корнеев — единственный представитель России. Артур Саркисян, шифровавший образцы и представивший для их оценивания онлайн-программу собственного сочинения, справедливо предпочел остаться за рамками жюри.

02

Доклад Леонида Поповича, президента СВВР, традиционно дал важные статистические данные по национальному виноделию. Его перспективы оптимистичны, хотя, возможно, мы могли бы двигаться быстрее. Лучший итог деловой части Саммита подвел коллега Александр Сидоров на «Ленте.ру».

Тезисы доклада

Да, Саммит в Абрау-Дюрсо — это бескомпромиссный срез состояния российского виноделия здесь и сейчас. Мероприятие, на которое как минимум не стыдно пригласить российских и зарубежных друзей. Самая представительная винная выставка, к тому же профессионально организованная, как минимум стоит того. Хотя мне лично не хватало стендов «Уппы», Константина Дзитоева и главного винодела Ставрополья Виталия Батрака. Они не приехали по разным причинам. Зато в очередной раз стало очевидно, что российское виноделие настолько сложно и многообразно, что собрать всех в одном месте уже просто невозможно.

03

Странновато смотрелись на выставке представители ставропольских «разливаек» из Минеральных Вод и Иноземцево: я бы посоветовал организаторам впредь не приглашать откровенных «балковых» виноделов, пусть и из соображений максимального географического охвата.

Из тех, кто порадовал на выставке и кого я успел посетить (времени маловато, а отвлекают от содержательных бесед все чаще), стоит отметить, в частности:

  • «Усадьбу Сикоры» за великолепного свойства рислинги, отличающиеся именно своей непохожестью на североевропейские и южной экспрессией;
  • Евгения Татарникова: я помню вина этого ростовского винодела с первой «Народной дегустации» в 2013 году и с нашей дегустации казачьих вин в 2014 в Российском Этнографическом музее Петербурга. С тех пор вина Евгения, работающего, вопреки многим коллегам из области, только с французскими сортами, значительно выросли;
  • «Саук-Дере» с отличными результатами в базовых сухих винах, занявшими нишу, оставленную ушедшим (надеюсь, временно) «Мысхако»;
  • Cock t’est belle — крымские шампанисты были уже второй год на высоте и привлекли к себе максимум посетителей, кроме того, они презентовали на Саммите свои новые этикетки, а шампанские купажи, которые родятся в следующем году, обещают быть еще лучше;
  • «Собер-Баш», замечательный проект Андрея Куличкова, который вот-вот станет самой близкой к Краснодару лицензированной винодельней — автохтонные сорта в их многообразии, отличные по своей подлинно южной стилистике ви́на, наконец, желание спасти исчезающие российские автохтоны: кроме Андрея, эту работу не сделать пока никому!
  • Николая Молчанова с высоким качеством десертных и крепленых вин Дона — мы ждем от Николая возрождения подлинного цимлянского игристого казачьим способом, он к этому ближе всех;
  • наконец, «Абрау-Дюрсо»: винодел Фабьен Лоранзон кулуарно показал образцы 2012 года, которые вот-вот выйдут на суд широкой публики и продемонстрируют новый скачок в качестве ведущей российской винодельни.

Об остальных выводах саммита хочется рассказать тезисно.

Закон и порядок
05

Винодельческая реформа ожидаемо затянулась, и вин защищенного географического указания с урожая-2015 Россия не получит. Леонид Львович Попович сдержанно говорит о том, что закон в лучшем случае заработает с 2016 года. Причем эти слова я от него слышал еще год назад, оптимисты, вероятно, не дослушивали. Как бы ни хотелось ускориться, но в море согласований, в борьбе министерств и ведомств протолкнуть идеи виноделов очень нелегко. И, кстати, многое зависит от самих виноделов. Большинство из них терпеливо ждут, когда добрый царь или хороший барин как бы чудом спустят сверху вменяемый винный закон. Друзья, такого не бывает не только в России, но и ни в одной нормальной стране. Инициативы должны исходить снизу, а винодельческое сообщество для этого должно быть максимально сплоченным.

Пытающихся толкать процесс вперед Николая Пинчука и Павла Швеца за глаза сами виноделы называют смутьянами. В СРО «Виноградари и виноделы» многие участвовать не желают, прочие местные СРО или декларативны, или находятся в противозачаточном состоянии. Нет ни громких интервью, ни публичных заявлений в адрес хотя бы местных властей. А логика власти всегда понятна: не шумят, не толкаются — значит, не хотят.

Чей рынок важнее?

Весьма понятно и желание наших виноделов покорять зарубежные рынки — хотя бы доказывать отечественным потребителям и себе самим, что можем. Однако стоит ли делать ставку на это? Ведь перед нами огромный внутренний рынок, на минуточку — восьмой в мире. Мысль о том, что в XXI веке вино будут делать именно там, где его пьют, — то есть, и в России, мы уже высказывали.

06

На неоднократный вопрос, с какой страной винодельческая Россия схожа, присутствовавшие на саммите критики так и не ответили. И пускай. Можно, конечно, выйти со своими винами в пару бутиков Лондона или Парижа. Это было уже с винами Румынии и Болгарии. Поигрались — и забыли. Мода на чудаковатые штуки проходит быстро, а российскому вину становиться очередной «говорящей собачкой» для снобоватых лондонцев может, будет и забавно, но вряд ли оно того стоит. Надо сначала завоевать свой необъятный рынок и показать постоянство качества и стиля. Да хотя бы начать с того, что расхваленные автохтонные сорта изучить и клоново очистить.

Учиться, учиться
07

Отставание в технологии от ведущих западных образцов пока очевидно. Например, наши виноделы с трудом владеют таким понятием, как инертаж. Работой с инертным газом при производстве и бутилировании. В итоге вина, привезенные на подобные выставки из своих родных погребов или вовсе прямо перед выставкой разлитые, стабильны буквально первые часы. А некоторые демонстрируют приверженность виноделов советской школы к горячему розливу, то бишь пастеризации. Купленные в Москве, те же образцы могут показать чудеса непостоянства и вынуждают блоггеров и журналистов говорить о «некачественных терруарах» и «плохом винограде». С виноградарством все далеко не идеально, однако нынешние технологии позволяют сделать вино на любой подходящей широте. Надо только их внимательно изучать, ведь отстутствие инертажа — лишь вершина айсберга.

За чистоту и свежесть
08

Все чаще виноделы демонстрируют тягу к розовым винам: они были буквально у каждого предприятия на выставке, включая самых маленьких «гаражистов». Это очень хорошо, как и тяга к ярким и сочным фруктовым образцам. Усложнение большинства наших вин долгой (и порой неумелой) выдержкой не идет им на пользу. А вот добиваться чистоты сортовых тонов стоит.

Россия = белая этикетка?
Marselan

Неожиданно выявилась тяга многих виноделов, особенно в премиальном сегменте, к лаконичным белым этикеткам. Они есть у выдержанного «Ведерникова» и «Дивноморского», у «Виллы Звезды», Cock t’est belle, «Шато ле Гран Восток» «Раевского» и фанагорийской линейки «100 отттенков». В этом есть идея новизны, чистого листа, на котором потребитель сам нарисует воображаемый портрет вина. Зарождается новый национальный стиль? А некоторые, кстати, используют сдержанную этнику со славянскими орнаментами: это «Собер-Баш» и «Сикоры». Интересно наблюдать за процессом, ведь узнаваемые этикетки и тем более некий национальный лейбл на этикетке или горлышке для узнаваемости наших вин никак не повредят!

Раскрывается типология
04

После этой и многих других дегустаций последнего года для меня постепенно стал раскрываться ароматический профиль наших регионов. Он виднее всего в красных винах. Долина Дона — очень зрелые ягодные нотки, Кубань — настоящие фруктовые бомбы в новосветском стиле (даже рислинг похож на австралийский!), Нижняя Волга — самая высокая в России кислотность (кстати, свойственная и некоторым винам Тамани), наконец, Крым — это элегантность и самый проевропейский, профранцузский стиль изо всех российских.

Фото:
«Абрау-Дюрсо»,
Игорь Улько,
Ян Кауров

Поделиться этой записью