Алхимия стекла или женщина в бутылке

Введение в семиотику вина. Часть II
П

еред вами второй выпуск из серии «Семиотика винной этикетки». В первой статье «Винный символизм: человек и ягуар» мы предприняли экскурс в концептуальное пространство вина. И один из тезисов был таким: какие бы ассоциативные пласты не залегали в вине как культурном символе, для потребителя вино — это, прежде всего, часть материального мира, доступного через ощущения и восприятие. Проблема в том, что вино не попадает на рецепторы непосредственно, как, например, запахи или звуки. Необходимы посредники для перехода из состояния «вино-в-себе» в состояние «вино-во-мне».

Первым «переносчиком взаимодействия» для среднего потребителя становится бутылка. Именно бутылка (не бочка, не кувшин, не пакет и не алюминиевая банка) является предметным субстратом (основанием) для размещения знаково-символической системы этикетки. В конце концов, бутылка — это то, что я беру в руки, чтобы прочитать этикетку. Я чувствую ее вес, форму,текстуру, вижу оттенки цветного стекла и игру света на поверхности.

Это сосуд — вместилище тайны. Поэтому материал, форма, цвет винной бутылки имеет значение. Бутылка аккомпанирует символике этикетки.

Исторически появление первой этикетки связывают с появлением бутилированного вина. Принято считать, что до XVIII в. вино хранилось и транспортировалось в бочках, а на стол подавалось в графинах. В этикетках не было надобности — тару маркировали сургучными печатями, мелом, углем или гравировкой. Особую роль сыграли венецианские стеклодувы, которые делали рельефные бутылки с выплавленным наименованием продукта и символикой производителя. К примеру, французский Chateauneuf-du-Pape продолжает эту традицию, выплавляя герб папы римского с перекрещенными ключами.

Вакерас, Шатонеф и Тавель - аппелласьоны южной Роны, использующие традиционные бутылки

Вакерас, Шатонеф и Тавель — аппелласьоны южной Роны, использующие традиционные бутылки

Дальше непонятно, кто был первым: или вдова Клико из Шампани стала прикреплять бирки к бутылкам с вином, или веком раньше бенедиктинцу дому Пьеру Периньону понадобились бутылки для шампанизации вина. Данные факты проверить сложно, но принять в качестве неких исходных данных можно.

Эволюцию бутылочных форм в Европе образно можно представить в виде приземистого, но раскидистого дерева:
Рисунок Ольги Катютиной

Рисунок Ольги Катютиной

  • в основании — бутылка-луковица (XVII-XVIII в.в.);
  • ствол — английская винная бутылка (XIX в.);
  • крона — современные региональные подвиды: бордосская, бургундская, ронская, рейнская, фьяско, боксбойтель;
  • цветочки — экзотические формы (на рисунке это «корсетная» бутылка из-под розового Cotes de Provence);
Формы бутылок

Формы бутылок

 

Помимо формы и цвета стекла винные бутылки отличаются по размеру. Классификация объемов варьируется от 0,1875 л до 30 л. При этом каждый объем обладает любопытным именем: например, 0,25 л — Chopine (по названию популярных в XVIII в. туфель на высокой подошве), 18 л — Мельхиор (по имени одного из волхвов, пришедших с дарами к младенцу Иисусу). Особое внимание обращают на себя бутылки с женскими именами: 0,5 л — Дженни (для сладких вин), 2,25 л. — Мэри Джейн (используется для портвейнов).

Образ бутылки-женщины воспет в мировой литературе, на основании метафор «вместилища» или «сосуда», чье содержание зачастую включало в себя одновременно и грех, и наслаждение. Наиболее яркие эротические аллюзий можно встретить в «старинной» песне Петра Мамонова «Бутылка водки». Для сомневающихся можно посмотреть определение слова «бутылка» в словаре Даля:

Бутылка. жен., франц. Узкогорлый стекляный сосуд, в коем держатся и подаются виноградные вина; по наружному виду и по вместимости, различают: столовые или простые бутылки; рейнские, шампанские, мадерные, круглые или раздутые, для сладких вин; портерные, с крутым оплечьем и пр. . Плоская бутылка называется флягою.'По бутылке пробку прибирают.'

Не возникает ли ощущения, что речь иносказательно идет о женщинах?

Также стоит упомянуть израильских царей, чьи имена закрепились в названиях бутылок с большим объемом: от Иеровоама (3 л) до Мельхиседека (30 л).

Проще говоря, бутылка — уже текст. И разумеется, дизайн этикетки вбирает в себя эстетические начала самой бутылки и закрепленную за ней систему символов.

Очевидно, что каноны винной бутылки зародились и развивались в Европе. Виноделы Нового Света не стали экспериментировать и лишь слегка видоизменили привычные европейские формы. К примеру, чилийскую бутылку можно узнать по толстым стенкам и глубокому пунту (технологическое углубление на дне бутылки). Хотя существуют и экзотические образчики типа калифорнийских «банок» Paul Masson. Заметим, что пунт — это единственное место, где по логичным причинам практически ни один производитель не размещает этикетки (в России такие оригинальные этикетки делал Янис Каракезиди). Но там можно иногда найти выплавленную маркировку, указывающую на страну, регион или шато. Это означает, что бутылка создана под конкретный продукт.

До изобретения литографии место бумажных этикеток занимали деревянные и кожаные бирки. Интересно, что некоторые производители до сих пор используют эти архаичные элементы в дизайне своей продукции. Например, этикетка чилийского Puerto Viejo сделана из древесной коры. Существует отдельная традиция итальянских бутылок фьяско для кьянти , оплетенных соломой, внешний вид которых уже говорит о пасторальных пейзажах и деревенской простоте, что не может не сказаться на содержании бутылки.

Коннери как лицо российского вина

Коннери как лицо российского вина

Российским дизайнерам иногда чувство меры изменяет, и тогда на бутылках появляются деревянные четки и куски мешковины с изображениями Шона Коннери в образе монаха из фильма «Имя Розы», но уже в качестве представителя какого-то покровского скита.

Покровский скит

Покровский скит

В Европе развитие дизайна винной этикетки шло параллельно с развитием печатного дела. Диапазон материала так же широк, как и у книг: от пергамента и глиняных табличек до текстурной многослойной печати с голограммными элементами. Важно одно — история виноделия вплетена в историю становления европейской цивилизации. Для европейца готический шрифт на рейнской бутылке так же, естественен как литография замка на этикетке бордо или соломенная оплетка на кьянти. Это и называется традицией. Это некий исторический контекст, в рамках которого уже можно создавать что-то новое, но интуитивно узнаваемое потребителем. Разговор о российской традиции в оформлении винной тары более подробно пойдет в следующих статьях.

Поделиться этой записью